Рынок натуральных человеческих волос в России сформировался и достиг своего пика в 1990-е годы, обогатив немало предпринимателей. Зарубежные постижеры (специалисты по парикам и шиньонам) локоны из России любят и называют «русским золотом». Однако эта «золотая жила» сильно истощилась.

Городок Масальск в Калужской области — удивительно спокойное место. Вместо гудения машин в самом центре — блеянье коз и петушиные крики. Здесь, как и всюду в Центральной России, деревянные дома, скрипучие калитки, колодцы и ощущение заброшенности. В соседнем Юхнове то же самое: тишина, ставни и заборы, но еще прекрасный храм на центральной площади. Предприниматель Алексей Кузнецов переехал в Юхнов из Москвы семь лет назад, а в Масальске у него — фабрика Belli Capelli, занимающаяся переработкой натуральных человеческих волос в материал, который используется затем для наращивания волос, изготовления париков, накладных челок и кос. Второе по размерам предприятие Масальского района, гордится он (на первом месте — расположенное по соседству производство тапочек, которые шьют вьетнамцы).

Haar-Behandlung - ein komplizierter Prozess, KuznetsovIch studierte es seit vielen Jahren. Es beginnt mit der Sanitär- und Begasung - Desinfektion. »Ein Teil des Rohmaterials ist immer dann der Fall mit nits, - mit Kenntnis des Falles, sagte Kuznetsov. - Die indische Haar, zum Beispiel, beträgt 99%. Indisches Haar ist das Schlimmste: sie deruchie, schlechte Kamm, pushatsya ». Dann wird das Material manuell nach Länge sortiert, die Farbe und der Grad der Steifigkeit. Dann - Vorbereitung für die Malerei, wenn das Haar entfettet und wird in kleinen Strängen genäht. Sie wurden dann gefärbt, gekämmt. Haar getestet bis 15 Verarbeitungsvorgänge auf.

Als Ergebnis sehen sie glatt und dick,Farben vollkommen glatt, so dass die natürliche und sogar ähnlich. Wie unterscheiden natürlich aus synthetischen Haaren? Zunächst gibt es die Kutikula, wie die Schuppen eines Fisches, und Sie können fühlen. Alex zieht die Haare: fühlte sich wie der kleine Ring und widersteht wie Aufmerksamkeit, wenn wir es in die entgegengesetzte Richtung von der Richtung des Wachstums ziehen. Dies ist die Kutikula. »Wenn es nicht ist, - sagt Kuznetsov, - es ist oder Haare mit Schwefelsäure behandelt, wie die Chinesen zu tun, oder künstliches Material.» Entrepreneur glücklich diskutiert die Eigenschaften ihrer natürlichen Zutaten. Usbekisch Geruch von Henna, die Frauen ihre Haare färben, Indian - Gewürz, Russisch - nur ein alter Stamm, weil die meisten der Haare - Erbstücke, Geflechte Omas und Mütter. »Mit dem Haar sehr schöne Arbeit, - sagt Alexei. - Es ist ein lebendiges Material, es ist eine Art seine eigene Schönheit hat ».

КОРНИ РОСТА
Рынок наращивания волос в России начали формировать итальянцы в начале 2000-х. Первой вышла на рынок компания Great Lengths — мировой лидер, работающий в 70 странах. Потом потянулись другие итальянские компании — Euro So. Cap и So. Cap (основанные братьями). Все работали через российских представителей, продавали свои франшизы. «Итальянцы начали довольно агрессивно популяризировать тему наращивания волос, обучать мастеров, представлять услугу в салонах, на выставках, проделали большую работу», — комментирует Юлия Шишкина, гендиректор компании HairShop. Тогда в России быстро рос сегмент салонов красоты, парикмахерских услуг; наращивание становилось эксклюзивной услугой, которую оказывали дорогие салоны. Итальянцы продвигали ее по технологии горячего наращивания, изобретенной в 1991 году основателем компании Great Lengths Дэвидом Голдом. На прядь обработанных донорских волос прикрепляется специальная кератиновая капсула, а потом ее в салоне закрепляют на собственных волосах женщины. Процедура позволяет увеличить густоту шевелюры вдвое, и невооруженным глазом нельзя заметить разницы между донорскими и собственными волосами. Выгода салона двойная: через три месяца клиентка приходит, чтобы сделать коррекцию, так как собственные волосы за это время успевают отрасти на несколько сантиметров, и заведение получает дополнительный доход. Работали европейцы с материалом из Индии и Китая. Эти страны — основные поставщики сырья на мировой рынок.

Alexei Kuznetsov, streng genommen, war einRussische Händler von der ersten italienischen Firma Euro So. Cap. Vor zehn Jahren hat er ein »Stern» war Friseur Moskau: Ihren Salon halten, wo Kunden aufgezeichnet fast ein Jahr im Voraus, so dass Dreadlocks Kirkorov und Decl, gereist, um ihre Qualifikationen in Europa zu verbessern ... Aber irgendwann, sagte er, voll erschöpfte sich als Friseur - und einmal die Möglichkeit auftauchte, gab ich es auf - an einem Tag und ohne Reue.

Anspruchsvolle Kunden, die bereit sind zu zahlenKuznetsov Qualität bauen, wurde gebildet, und die Qualität der Haare, die die Europäer geliefert, behagte ihm nicht. Warum gehen nicht auf die Behandlung von russischen Rohstoffen? »Ich bin nicht wirklich ein Geschäftsmann im Geiste, die meisten Stylisten - sagt Alexey. - Ich hatte einen großen Freundeskreis in Moskau, liebte mich, und ich konnte nicht Leute Mist verkaufen ».

В узкой нише русских волос для наращивания тогда работали единицы компаний. «Рынка фактически не существовало, — вспоминает Кузнецов. — Мне нужно было 200 килограммов волос в месяц, и я поднял рынок. За полгода вышел на этот объем, перекупая волосы, которые раньше уходили в другие страны, и цена поднялась с 700 долларов за килограмм до тысячи». Предприниматель открыл свой цех в подмосковной Апрелевке, потом в Юхнове — постижерную фабрику, где работало 150 человек, набранных из местных жителей и обученных с нуля. Учился мастерству обработки волос за границей и у опытных российских постижеров. «Однажды, — вспоминает Кузнецов, — я заплатил 10 тысяч евро женщине-постижеру, которая приехала к нам на предприятие и показала один ключевой технологический процесс, о котором мы не знали».

С российским сырьем, то есть светлыми волосами славянского типа (сюда же относятся и украинские), дело тогда обстояло более или менее хорошо. В России и на Украине первые сборы волос начали проводиться еще в 1990-е, вспоминают участники рынка. Они шли в основном на экспорт. Потребность в волосах была, к примеру, у евреев, которые традиционно носят парики. На Украине имелись заготовительные конторы, которые аккумулировали у себя волосы для продажи за рубеж. Центром, куда сборщики свозили волосы со всей страны и из России, стал Торез; почти все взрослое население города было занято в этом промысле. В Торезе находился общий базар и промышляли местные «авторитеты», которые держали волосяной бизнес в своих руках. Семь лет назад Алексей Кузнецов сам покупал у торезцев волосы.

Скупщики волос сколачивали разъездные бригады сборщиков, которые кочевали по городам и весям. Экспедиции растягивались на два месяца и больше. Сначала сборщики развешивали объявления о том, что в определенном месте, чаще всего в парикмахерской, через месяц будет производиться скупка волос. Для этого нужно было договориться с местными парикмахерскими, которые получали свое вознаграждение. Желающих продать волосы стригли на месте, оценивая качество по разным параметрам. За сырье шел торг. Но большую часть добычи сборщиков составляли волосы, которые население хранило дома. У женщин в российской и украинской глубинке до сих пор сохраняется давняя традиция отрезать косу после рождения ребенка и хранить ее в сундуке. «Когда я учился на парикмахера, нам дали задание сшить шиньон, — вспоминает Кузнецов. — Я сделал его из длинного маминого «хвоста», который лежал у нас дома». Такие волосы сборщики и выманивали из бабушкиных сундуков и с чердаков по всей средней полосе России. Цены начинались от 500 рублей за косу. «Работа трудная, — рассказывает Алексей. — Месяц путешествовать, спать в машине, питаться консервами. Милиция их гоняла. А получали они только небольшой процент от выручки: основную долю забирали организаторы». За несколько лет запасы волос выгребли основательно. «В последний раз я видел объявления о скупке волос в Юхнове два года назад, — говорит предприниматель. — Мне рассказывали, что организаторы недавних сборов приобрели всего 10 килограммов сырья; выручка составила тысячу долларов, что не окупало даже бензина и питания сборщика».

Jetzt Haar Russisch und UkrainischUrsprung in kurzer Versorgung, zu einem Anstieg der Preise führen - auch für die Verbraucher. »Dass dieses Mädchen spucken wert ist 5 Tausend Rubel, - nickt Kuznetsov nur in seiner ungeschnittenen Binde Shop Arbeiter. - Aber ich habe es nicht kaufen. Da die Kosten der Haare nach der Behandlung über 10 Tausend ist, und diejenigen, die sie zu diesem Preis zu kaufen konnte nicht gefunden werden. »

Kuznetsov sich nie in Kauf beschäftigt. »Strange ist ein Geschäft - er zuckt mit den Schultern. - Und ich wollte immer Kreativität, Schönheit, glitz ».

Heute Sammler selbst als russische Haare aufMarkt, sind selten geworden. Seine Lieferanten niemand öffnet. Geschäftsmann Konstantin engagiert bei der Verarbeitung und dem Verkauf von Material für den Bau sagte, dass die russischen Haar einfach nicht bekommt: »Kontaktieren Sie die Anbieter von qualitativ hochwertigen Haar kann nicht nicht nur in der Öffentlichkeit gefunden werden, sondern auch zu kaufen. Da das ganze Geschäft ist abhängig von der Qualität der Haare. Und Bauherren müssen nicht mehr jede Werbung: sie Kunden haben ». Darüber hinaus beteiligt die Haare Sammlung alle Unternehmen, die Kits zu bauen verkaufen, aber sie haben kleine Volumina.

Lieferant für slawische Haar bleibtUkraine, aber wegen des Konflikts wirtschaftlicher Verbindungen wurden gestört. »In Slavyansk es war ein gutes Unternehmen, das Haar südrussischen Art verkauft, - sagt Natalia, der Besitzer des Online-Shops von natürlichen Haar» Alice ». - Aber jetzt arbeite ich nicht mit ihm, weil es »heiß» Punkt ist ».

GEFUNDEN geschliffener Diamant
Alexei Kuznetsov schließlich beschlossen, eine zu reduzierenMindest Arbeit mit russischen Rohstoffen, wie Lieferanten ihre Preise zu angehoben. Jetzt in seinem Unternehmen zwei Drittel des Rohstoffs - das Haar aus Usbekistan. Sie sind die billigsten auf dem Markt (ab $ 25 pro kg, je nach Länge und Qualität), aber Kuznetsov lobt sie: weich, ziemlich leicht, ähnlich wie Russisch. Usbekistan - ein Land, in dem Frauen traditionell lange Haare tragen, und die benachteiligten Menschen dort, kurz: ein Paradies für Sammler.

Das Problem ist, dass die Verarbeitung von Rohstoffen groß sindVerluste - manchmal bis zu 50%. Das Haar hat eine unebene Länge haben sie eine »Unterschicht», die Bürsten kämmen müssen. Auf jedem der 15 Behandlungen mindestens 1,2% des Materials verloren. Dieses Merkmal der Behandlung von natürlichen Haar REMY Standard; unter diesem Namen in der ganzen Welt verkauft, das Haar mit einer Schutzschicht aus Kutikula gespeichert. Es gibt weniger teure Methode ist es, den Rohstoff jeder Qualität zu sammeln, und dann mit Schwefelsäure zu behandeln, »Tötung» die Schuppenschicht. Auf chinesischen Fabriken oft Behandlung wird auf diese Weise durchgeführt. Nachdem ihr Haar mit einer Schicht aus Silikon bedeckt, und sie erwerben einen schönen Glanz. Aber sie sind kurzlebig: das Silikon in ein paar Wochen weggespült wird das Haar trocken, wie Draht, verwirrt, auf einer Matte aus. Aber in diesem Fall kann das Einsatzmaterial sein jede nicht unbedingt Spenderhaar, das ist leben; passen auch nach vychesa Abfall - abgestorbene Haare, die Frauen im Osten jeden Tag von ihren Waben entfernt, sparen, und dann die Käufer-up zu verkaufen.

Сложность бизнеса на волосах еще и в том, что нужно держать довольно широкий ассортимент, потому что потребности клиентов разные. Предприятие Кузнецова поддерживает на стоке до 20 оттенков в пяти вариантах длины: это 150 единиц артикулов по каждому сорту, а основных сортов два — южнорусский и славянский. Предприятие производит три типа продуктов: микроленты для наращивания волос (для технологии ленточного наращивания), обычные ленты и капсулы для горячего наращивания.

У компании свой круг клиентов, в основном крупных: она работает с несколькими фирмами, которые представляют на рынке собственные марки волос для наращивания и иногда являются разработчиками специальных технологий. Они, в свою очередь, продают волосы в розницу через магазины и интернет. Много сырья идет в регионы через дистрибьюторов, там оно продается на рынках и в сетевых магазинах, в парикмахерских салонах. Например, у Belli Capelli есть собственный магазин в Екатеринбурге и 40 дистрибьюторов в разных городах. В целом по стране наибольший объем продаж приходится на частных мастеров, которые покупают волосы в крупных проверенных магазинах.

«Не могу сказать, что наш бизнес успешен, — признается Алексей Кузнецов. — Дела идут скверно: каждые полгода мы теряем 10-15% оборота». Математика такая: один набор для наращивания (волосы — 30 см; они чуть дешевле, чем 55-сантиметровые) стоит 5-6 тысяч рублей в розницу. Отпускная цена фабрики — 2 тысячи. На красивую прическу требуется 70-80 граммов волос. Стоимость сырья в среднем — $150 за кг. Плюс расходы на производство: в месяц это в общей сложности 2 млн рублей. Месячная выручка — 4 млн, миллион-полтора идет на закупку сырья. Чистый заработок — 500 тысяч, рентабельность на круг в лучшем случае — 20%. А 10 лет назад была 100%. Но зарабатывать получается не всегда. В прошлом году вообще ничего не удалось получить: предприятие выжило за счет того, что не закупало сырья, работая на остатках, благо за десяток лет их скопилось немало.

Лучше чувствуют себя компании, которые не занимаются обработкой, а имеют дело просто с наборами для наращивания китайского производства. Китайская продукция на рынке занимает 80-90%. В Сети множество объявлений с предложениями славянских волос, собранных в России и на Украине, — но на поверку выясняется, что это продукция китайских фабрик.

Китайское и индийское сырье — самое доступное на рынке по цене. Волосы в срезах, которые позиционируются как русские, стоят от 10 тыс. рублей за 150 г, европейские (китайские, обработанные в Европе) — 6-7 тыс. Индия и Китай поставляют на мировой рынок по 500 тыс. тонн сырья минимум. В самом Китае нет индустрии наращивания, и все волосы идут в обработку и на продажу в другие страны. Все происходит просто: сборщики на мотороллерах объезжают деревни, пригороды, где живет порой до миллиона человек, и объявляют о сборе в рупор. В неделю они собирают по 40 кг волос, давая за 60 см по $300. А продают уже по $500.

В целом натуральными волосами (точнее, китайскими наборами для наращивания) только в Москве торгуют почти 50 магазинов — интернет-ресурсы, студии, просто точки на рынках. Лидером считается компания HairShop, у которой, по оценкам других игроков, не менее половины рынка наращивания в целом, а его объем оценивается в 1-1,5 млрд рублей в год. Компания начинала работать на рынке одновременно с Belli Capelli, но сразу пошла в более дешевый сегмент.

HairShop, как рассказывает основательница компании Юлия Шишкина, начинала с продажи синтетических волос, которые используются для изготовления дредов — причесок с африканскими косичками. Но на этом продукте много не заработаешь, он очень дешев, а косички не слишком востребованы в России. Так что основную прибыль компания делает на натуральных волосах. Однако и у HairShop дела уже не идут так бойко, как раньше. В последний год спрос на натуральные волосы, по оценкам Юлии Шишкиной, упал на 30%.

С другой стороны, давит импорт. Китайцы стали выходить на рынок напрямую, открывая в России представительства и продвигая свои волосы по низким ценам. Те, кто занимается продажей, ищут возможности закупать сырье как можно дешевле, и не только напрямую в Китае, но и в Европе. Наталья из интернет-магазина «Алиса» работает с поставщиком из Великобритании: это обходится ей дешевле российских вариантов. Происхождение волос — Индия, Бразилия, Перу. Женщины там сдают волосы за деньги, отращивая их специально на продажу снова и снова.

Будет ли расти рынок наращивания — большой вопрос. Салоны красоты сейчас неохотно оказывают эту услугу. Массовый спрос на нее очень зависит от моды, а нынче актуальными стали короткие стрижки. «Наращивание сейчас не в моде, и эта услуга постепенно будет сходить на нет, — уверена Ольга Полоник, владелица частной студии по наращиванию волос в Москве. — Хотя у нас и нет пока очень уж большого спада: постоянные клиентки делают наращивание, а потом — коррекцию». Рентабельность салонов красоты, как правило, невысока, поэтому им не с руки предлагать мало востребованные и довольно дорогие услуги (в хорошем салоне наращивание волос качества REMY будет стоить от 15 тыс. рублей). К тому же, чтобы предлагать наращивание, им нужно закупить определенный набор волос и сделать стенд. Помимо этого, услуга несколько рискованна для салонов, поскольку потенциально может вызвать претензии клиентов. Бывали случаи, когда наращивание дешевых китайских волос приводило к резкому ухудшению здоровья собственных волос клиентки.

Качественного сырья мало, и оно дорожает, как любой дефицит: за год цены выросли на 20%. Алексей Кузнецов сообщает, что в прошлом году он действительно повысил цены — и благодаря этому предприятие стало что-то зарабатывать, но сейчас курс доллара вырос, и ситуация в бизнесе опять стала сложной. Ведь даже цены на узбекские волосы привязаны к доллару.

Кузнецов признает, что в волосяном бизнесе нет перспектив, по крайней мере в премиальном сегменте, где он всегда работал, — но почему-то заливается при этом смехом. Он не унывает. Волосяной бизнес раньше приносил очень неплохие деньги, и только после 2008 года продажи стали падать. Пришлось закрыть предприятие в Юхнове, отдать часть работ на подряд. В Масальске в его цеху занято теперь не больше 50 человек. Но за «тучные» годы он успел заработать деньги на другие проекты в бизнесе. Он многое пробовал, переехав в Калужскую область. Начал, естественно, с сельского хозяйства, купил землю и вырастил полторы сотни овец. Но бизнес не пошел: местная администрация не дала разрешения сделать постройки для зимовки скота, мотивировав это тем, что в деревенском поселении нельзя строить ферму. «Деревня состояла из двух домов, где тоже разводили овец, но построиться нам не дали», — говорит Кузнецов. Баранов пришлось продать, причем дешевле, чем они были куплены. «Выросли курс доллара и цены в магазинах, а мои бараны, которых я кормил три года, не подорожали», — сетует предприниматель. Это стало для него серьезным потрясением, и он больше не совался в сельское хозяйство. Потом занялся деревообработкой, но предприятие тоже пришлось продать с убытком. Зато сейчас он достраивает экоотель под Юхновым, который уже два года как принимает туристов. Через два года он начнет приносить хорошую прибыль, ожидает Алексей Кузнецов. Так что, если бизнес на волосах окончательно затухнет, ему будет чем заняться.