Henvisning Spartacus XXI århundrede sex symbol på russisk ballet Ivan Vasiliev debuterer som koreograf. Og det lover at ruske op i sekulære samfund.
Идти против течения и совершать поступки, от которых у публики дух захватывает и волосы встают дыбом, для двадцатисемилетнего Ивана Васильева в порядке вещей. Стать премьером Большого театра и тут же уйти из цитадели балета в дерзкий Михайловский. Репетировать «Майерлинга» в Музыкальном театре имени Станиславского и в последний момент отменить премьеру ради партии Ивана Грозного в Большом. Разучить ее в авральном порядке и заставить знатоков говорить об этой роли как о событии года. А параллельно устроить премьеру собственной постановки в Барвихе — к восторгу рублевских модниц, которые не пропускают ни одного его спектакля, справедливо полагая, что такого количества тестостерона в русском балете нет больше ни у кого.
Energi fra Vasilyev og beats. Og på scenen, hvor hans trumfkort - de karismatiske ledere, glødende revolutionære, charmerende hyttesko. Og i livet. Sid stille, Ivan er ikke i stand til, i princippet, siger han, gestikulerende voldsomt, alle, men dans og - for enhver pris - spøg, på udkig efter en YouTube parodi af »Nøddeknækkeren» ved at gøre risikable stunts, har tendens til at nitte opmærksomheden, at charme alle omkring.
Han tydeligvis tæt på en krystal slot Ballet, hvorbesluttede at kommunikere med kolleger i de vigtigste, hvis ikke spejlet og maskine. Og krone heroiske repertoire - »Spartacus», »Le Corsaire», »Don Quixote» - den utrættelige danser, uendelige pendulfart mellem Moskva, St. Petersborg og Novosibirsk, for lille.
«Мне хочется чего-то кардинально нового, — говорит Иван. — Сегодня хореографы часто ставят редакции чужих произведений: еще одна «Спящая красавица» или «Ромео и Джульетта». Уже есть хорошие постановки этих балетов, зачем нам еще? Я не хочу всю жизнь танцевать пятнадцать версий одного балета. Лучше покопаться в своей голове, найти историю, оформить ее и сделать что-то другое. К тому же ни один хореограф не расскажет, что у меня внутри, лучше, чем я сам. Вот я и пытаюсь вытащить свои мысли и чувства на свободу, дать им подышать, погулять».
Все хореографы когда-то были танцовщиками, по сути, это единственный путь в профессию, научить которой нельзя. Можно только освоить великую балетную традицию, осмыслить ее и добавить что-то свое. Другой разговор, что Иван для такого карьерного поворота довольно молод. Его коллега по «Королям танца» Марсело Гомес дебютировал как хореограф, и, кстати, весьма успешно, в тридцать три года. Роберто Болле в свои сорок с хвостиком ограничивается лишь разговорами о собственной постановке. Но Иван привык опережать сверстников: в четыре года вслед за старшим братом увлекся танцами, в Белорусское художественное училище поступил сразу па третий курс, в семнадцать стал солистом Большого театра. Олимпийский лозунг «Быстрее, выше, сильнее» — точно про него.
Hans koreografiske opus premierefandt sted sidste sommer, Mr. Whalen basics kortfattet - »Ballet .№1». Den første del bestod af korte soloer, Ivan indstillet til fyr Bolshoi Theatre: kone Maria Vinogradova, Christina Kretova, Alexander Smolyaninova, Denis Savin. «På en af vores første prøver jeg spurgte Denis: kan du falde tilbage igen uden at udsætte hænder? - Griner Vasiliev. - Han gik og gjorde. Vores mand! Jeg arbejder kun med sådan skøre, de selv er tiltrukket af mig. Efter alt, uanset hvad jeg indstille, jeg altid starte fra kunstneren. Opgaven for koreograf - ikke at skabe en støvle og puffe at få en yoga danser og lave fest med kunstnere som tørklæde, binde det sammen ».
I den anden del viste vi Vasilevsky-version»Bolero». »Dette er historien om mennesker, der bor i en matrix, - siger Ivan. - Sådan en verden af robotter, konventionelle transport drivere til en gang for alle given rute. Han rejste sig, satte sig bag rattet, kom tilbage, havde middag og gik i seng. Men der er en enkelt, der trak sig ud fra mængden og begynder at se på verden forskelligt, til at tænke, »Hvorfor kan jeg ikke tage en dukkert i springvandet? Derovre nogen fisk svømme. » Ballet er lige ved at gå ud over dette. En anden samtale, publikum stadig vil forsinke dig tilbage. Og vi skal nok alle gå sammen for dem. »
